"Axəm psaɫənšəu zəxuaʔuətaş adreymi mıdreymi yateuxua pəžır: Voroncov i nəxəm žaʔərt Həžı-Murat žiʔaxəm şışu zı psaɫə ya ḟəş zərımıẋur, Həžı-Murat urısımə zışıua psomi zərabiyr, apxuədəu sıt şığui zərışıtınur, nobə i şhər qiğəṯıɫamə, ar xəḵıᵽənšağəm qızərıxəḵır."
"Они прямо, без слов, высказывали друг о друге всю истину: глаза Воронцова говорили, что он не верит ни одному слову из всего того, что говорил Хаджи-Мурат, что он знает, что он – враг всему русскому, всегда останется таким и теперь покоряется только потому, что принужден к этому."